Генеральный секретарь ОБСЕ Феридун Синирлиоглу 4 ноября завершил первый официальный визит в Беларусь. В Минске он встретился с Александром Лукашенко, главой белорусского МИД Максимом Рыженковым и российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым. На фоне войны и многолетних разногласий сам факт этих переговоров заслуживает внимания. Однако их значение станет понятнее по следующему шагу: появятся ли договоренности, которые можно проверить за пределами дипломатических заявлений.
В итоговом сообщении ОБСЕ от 4 ноября акцент сделан на восстановлении открытого диалога и дипломатических контактов. Синирлиоглу участвовал в IV Минской международной конференции по евразийской безопасности. В беседе с Лавровым он приветствовал недавние меры укрепления доверия, в том числе согласованные российским и украинским уполномоченными по правам человека, и выразил надежду на продвижение по другим гуманитарным вопросам.
Для Беларуси такой контакт важен сразу в двух отношениях. Он дает возможность обсуждать региональную безопасность с организацией, в которой представлены и Россия, и Украина, и западные государства. Одновременно Минск получает площадку для продвижения собственных предложений. Эти задачи могут пересекаться, но результат международного посредничества следует оценивать по выполненным договоренностям, а не по числу проведенных встреч.
Что Минск предлагает и где проходят возможности ОБСЕ
На встрече 3 ноября Лукашенко предложил созвать заседание глав государств ОБСЕ. В опубликованном ОНТ изложении он призвал руководство организации проявлять больше инициативы, одновременно отнеся ответственность за положение дел и к самим государственным лидерам. Синирлиоглу, со своей стороны, отметил роль Беларуси в обменах военнопленными между Россией и Украиной.
Предложение о встрече на высшем уровне пока остается политической инициативой. По правилам ОБСЕ, решение о проведении саммита требует консенсуса государств-участников. Согласовать предстоит не только место и дату, но и смысл встречи: какие вопросы стороны готовы обсуждать и какого результата ожидают. При глубоком расхождении позиций именно подготовка повестки может оказаться труднее церемонии открытия.
У организации 57 государств-участников, а ее основные решения принимаются на основе консенсуса. В обычной процедуре это означает отсутствие возражений. Такой порядок защищает участников от навязанного решения, но делает общую позицию зависимой от самых острых разногласий между ними. Уставной механизм нельзя заменить личной договоренностью с руководителем секретариата.
Полномочия внутри самой ОБСЕ также разделены. Согласно описанию ее структуры, политическое руководство осуществляет действующий председатель, а генеральный секретарь отвечает за исполнение решений и работу секретариата. Поэтому приезд Синирлиоглу следует рассматривать как дипломатический контакт, который может помочь дальнейшим переговорам. Он не дает оснований приписывать всем участникам организации согласие с выступлениями на минской конференции.
Параллельно Беларусь и Россия продвигают другой формат: Евразийскую хартию многообразия и многополярности. В выступлении Сергея Лаврова от 3 ноября, опубликованном РСМД, говорится о начале подготовки текста, созданной рабочей группе и планах провести ее первое заседание до конца года. Российский министр назвал будущий документ рамочной основой взаимодействия на континенте.
Пока речь идет о разработке, а не о подписанном соглашении с действующими гарантиями. Для оценки инициативы потребуются сам текст, круг участников и порядок исполнения обязательств. Особенно важен ответ на практический вопрос: как участники будут действовать при нарушении согласованных правил. Без него даже широко поддержанная декларация оставляет главные споры открытыми.
Швейцарский военный эксперт Ральф Боссхард в интервью Александре Зубенко для ПИР-Центра, опубликованном 3 ноября, скептически оценил перспективы нынешнего диалога России с европейскими государствами по обычным вооружениям. При этом он считает полезными площадки, на которых можно хотя бы обсуждать общие правила: «Если государствам удастся договориться о правилах, которые будут соблюдаться всеми участниками, это уже станет важным достижением».
Боссхард выступал как независимый эксперт и модератор одной из сессий, а не представитель правительства Швейцарии. Это существенная оговорка: его оценка нежелания европейцев разговаривать отражает личный взгляд. Для понимания возможностей переговоров ее стоит сопоставлять с реальными действиями государств и международных организаций.
Какие результаты покажут, что диалог работает
Официальная линия швейцарского председательства в ОБСЕ предполагает сохранение контактов даже при серьезных разногласиях. Как сообщал МИД Швейцарии по итогам поездки 6 февраля, действующий председатель организации Иньяцио Кассис и Синирлиоглу встречались с Лавровым в Москве. Кассис подчеркивал необходимость окончания войны против Украины и готовность ОБСЕ содействовать переговорному решению и его реализации, если для этого потребуется устойчивое международное участие.
Минская поездка вписывается в этот подход. Незадолго до нее, 24 октября на конференции по посредничеству в Стамбуле, Синирлиоглу призывал сохранять действующие каналы связи и вновь открывать закрытые. Таким образом, речь идет о последовательной попытке удержать пространство для переговоров, а не только о специальном жесте в адрес белорусских властей.
Наиболее понятный критерий успеха здесь связан с людьми. Если благодаря контактам удается согласовать гуманитарную процедуру и довести ее до исполнения, возникает конкретный результат. При этом посредническую роль, достигнутую договоренность и ее выполнение нужно описывать отдельно. Участие в организации встречи еще не позволяет приписать одной стороне весь последующий результат.
Другой возможный результат касается снижения рисков. Рабочая связь между сторонами нужна, чтобы уточнять обстоятельства инцидентов и не оставлять официальные заявления единственным способом общения. Это аналитический ориентир для оценки будущих договоренностей. В опубликованном итоговом релизе ОБСЕ не объявлено о создании нового механизма предотвращения военных инцидентов по итогам визита.
Для отношений Беларуси с ЕС остается отдельная политическая и правовая повестка. На актуальной странице Совета ЕС указано, что ограничительные меры в отношении Беларуси продлены до 28 февраля 2027 года. Евросоюз связывает их, в частности, с внутренними репрессиями и участием Беларуси в российской агрессии против Украины. Визит представителя ОБСЕ не меняет этих решений.
Для предприятий это различие имеет вполне прикладной смысл. Дипломатическая встреча сама по себе не меняет условия разрешенных банковских операций, торговли или перевозок. Рассчитывать на изменение конкретного ограничения можно после соответствующего решения и проверки его условий. Преждевременно закладывать будущую отмену санкций в контракт только на основании более спокойной риторики.
У дипломатического канала при этом есть самостоятельная ценность: без возможности обсуждать разногласия трудно перейти к их разрешению. Но сохранить канал и добиться уступок по существу являются разными задачами. Первая может решаться отдельной встречей. Вторая требует согласованных действий, которые затрагивают причины конфликта и проверяются после завершения визита.
По состоянию на 4 ноября подтверждены встречи и готовность продолжать разговор, но общего политического урегулирования из них пока не следует. Дальше стоит следить за содержанием новых гуманитарных договоренностей, появлением конкретной переговорной повестки и решениями самих государств. Для Беларуси путь к менее напряженным отношениям с Европой будет зависеть от этих шагов гораздо больше, чем от торжественности конференции.
