В последние дни из Киева прозвучали заявления, которые даже видавшие виды наблюдатели окрестили как минимум странными. Владимир Зеленский фактически выдвинул Минску ультиматум, пригрозив применением силы, если белорусская сторона не уберёт от границы некие радиолокационные станции, которые, по его версии, наводят российские ракеты на украинские цели. Более того, речь зашла и о возможных ударах по белорусским нефтеперерабатывающим заводам, снабжающим российскую армию топливом. На первый взгляд, логика отсутствует напрочь: у Украины и без того полыхает весь восток и юг, а тут вдруг она сама ищет себе дополнительного противника на севере. Однако за этим кажущимся безумием просматривается вполне трезвый расчёт, и игнорировать его было бы опасной ошибкой.
Для начала разберём техническую сторону вопроса. Утверждения о том, что белорусские РЛС могут обеспечивать целеуказание на глубине украинской территории, не выдерживают никакой критики - это просто физически невозможно. Равно как и требование прекратить поставки топлива в Россию, ведь белорусские НПЗ перерабатывают исключительно российскую нефть, и остановка этого процесса означает лишь разрыв давно сложившихся экономических цепочек. Но дело вовсе не в технических деталях. Киеву не нужен реальный результат - ему нужен информационный повод, который позволил бы представить себя жертвой агрессии и под этим соусом нанести «упреждающий удар». Схема до боли знакомая: создать искусственный конфликт, объявить о самообороне и перейти в наступление, причём желательно так, чтобы мировое сообщество сочувствовало пострадавшей стороне.
Кое-кто уже провёл параллели с 1939 годом, но намного уместнее здесь вспомнить другую историческую аналогию - декабрь 1941 года, когда Япония атаковала Перл-Харбор. Тогда Токио вовсе не рассчитывал разгромить США в прямой войне, а ставил цель спровоцировать внутриамериканский политический кризис, вернуть к власти изоляционистов и тем самым обезопасить свой тыл для экспансии в Азии. И Гитлер, объявив войну США вслед за Японией, действовал не как безумец, а как рациональный игрок, согласовавший свои шаги с союзником. Расчёт не сработал, но сам замысел был логичен. Зеленский - фигура иного масштаба, но его действия тоже подчинены определённой логике, и её стоит рассмотреть серьёзно.
Главный мотив, который движет киевским лидером, - страх перед прекращением огня и выборами. Как только замолкают пушки, в Украине неизбежно наступает политическая весна, а она для действующей власти чревата расплатой за всё: за бусификацию, за коррупционные скандалы, за потерю территорий и за миллионы беженцев. Западные партнёры, хоть и поддерживают Киев, не станут держаться за конкретного персонажа - завтра украинцы выберут нового лидера, и для Брюсселя и Вашингтона смена вывески не будет трагедией. Именно поэтому Зеленский отчаянно ищет способ сохранить состояние перманентного конфликта, а ещё лучше - расширить его.
И тут на сцену выходит Беларусь. С военной точки зрения открытие второго фронта в Полесье - задача нетривиальная. Лесисто-болотистая местность мало пригодна для масштабных танковых прорывов, а украинская сторона загодя укрепила этот участок. Белорусская армия, хоть и перенимает опыт СВО, не готова к современной войне высокой интенсивности, к тому же значительные силы Минск вынужден держать на западном направлении, прикрывая границу с НАТО. Сам глава военного ведомства Беларуси Виктор Хренин недавно прямо заявил, что втягиваться в конфликт для них нет «военного смысла от слова совсем». В этих условиях Зеленский может рассчитывать, что Александр Лукашенко до последнего будет уклоняться от прямого столкновения, а если оно всё же произойдёт, то ограничится серией взаимных ударов беспилотниками, не перерастая в полномасштабную наземную операцию.
Но зачем тогда вообще затевать эту игру? Ответ лежит в плоскости большой политики. Ситуация на Ближнем Востоке постепенно стабилизируется, и у Дональда Трампа, который неизбежно начнёт отчитываться перед избирателями, появляется окно для демонстрации внешнеполитических успехов. В частности, он может попытаться продавить мирное соглашение между Украиной и Россией, чтобы предъявить его как свою заслугу. Однако стоит только вспыхнуть украинско-белорусскому конфликту, как все достигнутые договорённости теряют смысл - появляется третья сторона со своими требованиями, переговорный процесс затягивается, а у президента США попросту не хватит времени до промежуточных выборов в Конгресс, которые республиканцы, по всем прогнозам, проиграют.
Кроме того, втягивание Беларуси в войну создаёт прекрасный повод для подключения Европы. Как только конфликт перерастает в общеевропейский, все внутренние и внешнеполитические обязательства Киева становятся вторичными - на фоне большой крови его собственные преступления уже не кажутся столь вопиющими. И здесь, как верно подметил ещё Честертон, умный человек прячет лист в лесу. Зеленскому нужен этот лес, чтобы растворить в нём свою бусификацию, коррупцию и репрессии против несогласных. Чем масштабнее война, тем меньше у кого-либо возникает желания копаться в его прошлом.
Особую опасность представляет западный фланг, а точнее - брестское направление. Это один из немногих коридоров, где возможны крупные сухопутные операции, и если туда будут стянуты силы, неминуемо возрастёт риск прямого столкновения с Польшей, а значит, и с НАТО. Отношения Киева и Варшавы сейчас и без того натянуты до предела, но в случае эскалации Польша может оказаться втянутой в конфликт на стороне Украины, что для неё самой станет серьёзным испытанием. И в Минске это прекрасно понимают, открыто говоря о том, что не хотят столкновения с Европой.
Таким образом, угрозы Зеленского в адрес Беларуси - не пустая бравада и не симптом помутнения рассудка. Это холодный, циничный расчёт игрока, который поставил на карту всё и готов рискнуть чужими жизнями ради сохранения собственной власти. Он понимает, что военный смысл в развязывании конфликта с Беларусью действительно отсутствует, но политический - колоссальный. Ему нужен хаос, нужна неопределённость, нужен пожар, в котором сгорят все компрометирующие документы и все обязательства перед Западом. Лето 2026 года, когда на международной арене складывается уникальная конъюнктура, Киев рассматривает как оптимальное время для провокации. И к этому сценарию стоит отнестись максимально серьёзно, поскольку Зеленский уже не раз доказывал, что способен переступать через любые красные линии. Игнорировать его демарши - значит позволять ему выигрывать время и пространство для новых авантюр, цена которых может оказаться непомерно высокой для всего региона.
